Ты очень великодушно сказал, что у тебя есть и другие причины для горя.
Это правда? - К сожалению, правда.
И я ничем не могу тебе помочь, кроме как услужив твоему другу? Считай, что это сделано, но для тебя самого я ничего не могу сделать? - Ничего.
Благодарю вас за этот вопрос.
Еще больше благодарю за доброту, которой он подсказан.
Но нет, ничего.
Вскоре она поднялась и обвела глазами мертвую комнату, ища пера и бумаги.
Но ничего такого здесь не было, и тогда она достала из кармана желтые таблички слоновой кости в оправе из потускневшего золота и стала писать на них карандашом в потускневшем золотом футляре, который висел у нее на шее.
Ты по-прежнему в добрых отношениях с мистером Джеггерсом? - О да.
|
