Когда опасность придет, он встретит ее мужественно, но к чему забегать вперед? - Кабы ты знал, до чего это хорошо, мой мальчик, - сказал он мне, - сидеть возле моего мальчика да покуривать, после того как столько дней был заперт в четырех стенах, - ты бы мне позавидовал.
Но тебе этого не понять.
Мне кажется, я понимаю всю сладость свободы, - сказал я.
Может быть, - сказал он, важно покачав головой, - по все же не настолько понимаешь, как я.
Для этого, мой мальчик, надо под замком посидеть, как я... Да что там, не буду я говорить недостойных слов.
Мне подумалось - как же он в таком случае мог ради владевшей им фантазии подвергнуть опасности не только свою свободу, но и жизнь? А потом я сообразил, что ему, не в пример другим людям, свобода, не связанная с опасностью, представлялась чем-то противоестественным.
Как видно, догадка моя была близка к истине, потому что он, покурив немного, продолжал: - Видишь ли, мой мальчик, когда я жил там, на другом конце света, меня все время тянуло сюда, на этот конец; и шибко мне там наскучило, хоть я и богател день ото дня.
|
