Потому мы, собственно, и обходили этот предмет, потому и согласились (не обменявшись ни словом), что руки мои нужно вылечить как можно скорее, потратив на это не недели, а дни.
По возвращении я, конечно, первым делом справился, все ли в порядке в доме у реки.
Герберт спокойно и уверенно рассеял все мои тревоги, и потом мы уже весь день не возвращались к этой теме.
Но под вечер, когда Герберт перевязывал мне руки, пользуясь не столько дневным светом, сколько отблесками огня в камине, он вдруг словно вспомнил что-то.
Вчера вечером, Гендель, я добрых два часа просидел у Провиса.
А где была Клара? - Бедняжка! - сказал Герберт.
|